Ну здравствуй, Кенигсберг!

KaliningradКалининград — это чисто, зелено, вкусно, дождливо; прибрано, посажено, цивилизованно. Что необычно для провинциальной России. Ведь Калининград — окраина дальше некуда. Самая западная точка страны. Слева — Литва. Справа — Польша. «Кругом враги», — шутят местные. И ездят за продуктами, тряпками, мебелью — к «врагам». Реже — в Литву: «вы что, там евро, невыгодно!». Чаще в Польшу, с ее злотыми и дешевым товарцем, — как на работу…

На российско-польской границе — вечная толчея, вереница машин и автобусов. Переход из РФ в еврозону затягивается порой на часы. Наши, бывает, выпускают соотечественников нехотя, подозрительно, грубо — как на УДО из зоны. Поляки — те развлекаются, глазея на унылую гурьбу гостей. Тем не менее только на польской таможне, на видном месте висят права и обязанности тех, кто пересекает границу. На русском языке.

Из Красноярска в Калининград мы попали транзитом, по воздуху, без проблем. А багаж отправляли землей, автотранспортной компанией. И прежде чем взять наш нехитрый скарб, ребята пересчитали все, вплоть до гвоздика, до ракушки, до письмеца… (Теперь мы знаем, что у нас 348 сиамских ракушек.) Два адовых дня ушло на то, чтобы отправить личные вещи по маршруту «Красноярск-Калининград» и составить подробную опись. И не факт, — нас предупредили, — что на границе этот трюк с пересчетом вещей не повторится (вскроют ящики и сверят с описью). Этой херней занимаются наши доблестные таможенники, а вовсе не служаки Евросоюза. В канун 2019-го им был спущен сверху безумный приказ, действующий до сих пор.

Первые впечатления — Калининград пребывает в раздумье: я наш или не наш? немецкий или советский? родина Канта или вотчина Калинина? центр Европы или глухая провинция? Ни город, ни горожане не могут определиться с ответом до сих пор.

Как двуликий Янус, город смотрит в разные стороны — один глаз на Запад, другой в СССР. Центр щеголяет винтажными, нарядными немецкими зданиями, добротной брусчаткой, ресторанами и пекарнями а-ля Германия. Это трофейный Кенигсберг, лучшая часть города. Но шаг в сторону — и вот ты уже в родной советской архаике, сероблочном, унылом средневековье с выщербленным асфальтом, разбитыми тротуарами и вековыми лужами. Это красный Калининград.

Сфера услуг тянет слова на московский манер. Будто все Подмосковье, которому не хватило кормовой базы, переместилось сюда в поисках лучшей доли. Калининград дает чувствовать себя недомосквичам столичными штучками. Поначалу это раздражает. Потом перестаешь реагировать.

Китайцев почти не видно. Вместо китайского барахла — дешевое польское. Хрени эта страна Евросоюза производит тоже немеренно. Голодный сосед все съест… Барахло продают с лотков, столов в подворотнях, а то и просто из автобагажника. 90-е годы накрылись медным тазом — но только не в Калининграде. И вместо Китая нас кормит Польша.

Витрины местного рынка фигуряют сырами: Италиия, Франциия, Германиия, Беларусь, Польша, Литва… если верить на слово торговкам. Поскольку санкционка, даже порционная, в вакуумной упаковке — часто без опознавательных знаков. Ни страны, ни даты изготовления, ни срока годности. Ничего. Изредка, очень изредка на рынок делают набеги силовики — изымают, штрафуют, наверное, давят (или съедают?), отчитываются. Интересно, в каких потаенных местах «бизнесвумен» провозят запрещенку через границу?..

Средняя Азия в городе представлена плотно, но все-таки реже, чем в Сибири. Таджики, киргизы, узбеки (Википедия их не делит, называет оптом «другие национальности») занимаются, как и везде, постылой работой. Причем, говорят, за кормежку. Так как крошечные свои заработки (25 тыс. руб./месяц — хороший зароботок по местным меркам) мигранты отправляют домой, семье и детям. Местные пролетарии мигрантов не уважают: «Они не хотят учиться, с ними не о чем поговорить»…

«Элита» Кавказа и Средней Азии торгует на местном рынке и занимается фермерством. И это не только зелень, фрукты и специи. Например, такой исконно славянский продукт, как творог и сметана, продают (и, думаю, производят) черноокие смуглянки с характерным акцентом. Дела, видимо, идут неплохо, особенно у армян. В дни христианских праздников от парада пафосных авто у армянской церкви слезится глаз. А бедные армянские тетушки вынуждены выгуливать норочьи шубы под проливным дождем…

Из пятисот (без малого) тысяч населения примерно десятая часть — это, собственно, калининградцы; те, что здесь родились. Остальные — приезжие, переселенцы отовсюду в разные времена. Особенно бойко процесс миграции идет последние 10-15 лет. Близость к Европе, Балтика, низкие цены на недвижимость, сохраненный исторический ландшафт (озера, парки, речки), хорошая для РФ экология — козырные карты города. Отсюда — приезжие с деньгами, спрос на жилье и строительный бум. За какой-то десяток лет немецко-советский старик прирос десятками новых микрорайонов. Часто — по нетривиальным, авторским проектам, с просторными, неизбитыми планировками квартир. Бюджетные микрорайоны, как и везде, жуткие. 

Здесь мода на «серый ключ». Это когда застройщики под видом квартир продают голые стены. И все — отопление, канализацию, электрику, не говоря об отделке — нужно делать самому. Вокруг этого дела роится масса жучков-спекулянтов. У кого бюджет с припеком, тот вкладывает копейку в долевое и получает рубль. Берет по дешевке «серый ключ» (1,5 — 2 млн., отделывает квартирку абы как, грошовыми материалами — фанерные двери, сантехника-однодневка, — накидывает миллион — полтора сверху и выставляет на рынок как «новое, комфортное жилье». Мы смотрели несколько таких новоделов. Там все нужно переделывать заново, если хочешь жить, а не барахтаться в проблемах.

Погода в Калининграде — та еще кокетка. Поманит теплой, многообещающей улыбкой, а только клюнешь да расслабишься, резко надует губки, сдвинет бровки и устроит тебе такую головомойку — век не забудешь. С ветром, дождем и снегом. Стерва, говоря попросту. Еще и скупая. Солнца зимой выдает мало и нехотя. Зато дождей отсыпает — хоть отбавляй.

Правда, нам после сибирских морозов и тотально «черного неба» погода местная нравится. Здесь мы дышим воздухом, а не отходами промышленного производства.

Тем не менее в центре города торчат трубы, которые не дымят только летом. Часть котельных и ТЭЦ отапливаются дедовым способом — углем. Но благодаря Балтийскому морю и регулярным ветрам ароматы «современного прогресса» проносит по-над городом куда-то в светлую даль.

Тон в Калининграде задают люди, ценящие все живое. Отношение к бездомным животным — гуманное или нейтральное. К природным паркам, зеленым островкам, цветам — бережное, восторженное. Газоны, клумбы, деревца обязательны у подъездов. Даже вдоль убитых советских многоэтажек (а их в городе, увы, чересчур) видишь палисадники, хвойные деревья, цветы по сезону, а то и горшечно-цветочные композиции. Вместо глухих заборов вокруг палисадников («выхода нет!») нередко живая изгородь, ряд подстриженных невысоких кустиков или хвойняк ровной стеной. Поначалу впохыхах мы нахваливали местные управляющие компании. Думали, это УК в счет жилуслуги украшают город. Потом, правда, соседи нас просветили: жители сами, за свой счет, своими ручками разбивают садики, поливают, удобряют и — следят за сохранностью.

Да, должна признать, здесь мы столкнулись с поразительным явлением — воровством уже прижившихся саженцев! Из пяти деревьев, что мы высадили у дома, двух уже нет, только ямки остались. Это были канадские ели… Не знаю, чем объяснить эту редкую болезнь местной публики — любовью к деревьям или халяве…

Вообще, калининградцы — редкие зануды и редкие болтуны. На тренажере, велике, рабочем месте, прогулке, на толчке — где угодно они с прилипшим к уху мобильником. Помню, час на беговой дорожке одна девчушка молола языком с подружкой. Час! Поведала о себе все — даже то, что другим знать не обязательно. Теперь эта девушка мне как родная. Встречу — обниму: «Привет, подруга!» Или еще.  Местные очень отзывчивы. Спросишь на улице чего-нибудь — никогда не отмахнутся. Но! Заведутся и пять раз повторят одно и то же, как заевшая пластинка. И — на бис — еще прокричат вслед.

Мы живем у парка Макса Ашманна. Парк назван в честь немца-винодела, на деньги которого (100 тысяч марок в дар городской казне) он был разбит в начале прошлого века. От 85 тысяч прусских гектаров к нашему приезду осталось 68 тысяч. Как сообщает Википедия, парк пребывает «в полузаброшенном состоянии», но «имеются планы по его обустройству».

А вот этого не надо! — хочу сказать городским властям. Слишком жива память, как закатали в асфальт, выхолостили природный ландшафт острова Татышев в Красноярске. Единственного места в городе, где еще можно было дышать. Чиновники — они ж входят в азарт, когда бюджет типа карманных расходов. Будут кромсать, городить, рвать и метать — словом, «делать нам красиво» до полного уничтожения. Природы или бюджетов.

Правда, местная власть, судя по отдельным высказваниям, да и порядку в городе, более вменяемая, чем в Красноярске. (Если вменяемость, как и порядочность, можно оценивать категорией «более-менее».) То губернатор взбрыкнет против строительства зловонного завода: «У нас тут не Челябинск». То молодой необстрелянный архитектор выскажется против высоток (читай: против застройщиков): «Не более 5-6 этажей». Впрочем, потом им приходится давать задний ход, дескать, СМИ все не так поняли…

Слабое место Калининграда — сфера услуг и торговли. Дремучая, ленивая, отсылающая к 80-90-м годам прошлого века. (Исключения редки.) Магазины европейской одежды — обычно сток 3-4-летней давности или польский сэконд-hand. Ванны, мебель, сантехника, даже бытовая техника — несколько дешевых позиций на магазин (типа наживки), в ассортименте — только «под заказ», с предоплатой 100% и доставкой через квартал. Малый бизнес — челнок. Взял у покупателя денежку, скатался в Польшу/Москву, получил навар — сижу дальше, жду следующих. Даже федеральные сети типа «Метро», «Леруа Мерлен», «МВидео» имеют весьма усеченный в сранении с Сибирью ассортимент. С IT-шниками тут совсем беда, сайты у местных коммерсантов захудалые, косячные.

Другое дело — заведения общепита. Город изобилует уютными ресторанами, интересными кафе, пекарнями, неплохими столовками — вообще вкусной едой. Много ресторанов с немецким, чешским пивом и добротной кухней. Отлично пекут хлеб, круассаны, слоечки. Есть что выбрть среди кафе со славянской и балтийской кухней. Рыба! Она свежая и часто хорошо приготовлена. Аппетитный город, это правда.

Лучшая часть романа с Калининградом — близость к Балтийскому морю и Европе. До приморских курортных городков области — раз дунуть. До Зеленоградска — минут 30 на электричке (15 — если экспресс). До Светлогорска — минут 40-45.

Города эти сливочно-пряничные, парадные, однако с душой и эстетикой, к тому же очень зеленые. Новоделы здесь довольно ловко вписаны в рельеф, почти не мешают радоваться. Конек Светлогорска и Зеленоградска — общественные парки, променад вдоль моря, необустроенные пляжи.

Не поверите, но в Европу тоже можно скататься за день, без ночевой. Например, в Эльблонг, Гданьск (Польша) или в Ниду, Клайпеду (Литва) мы изредка ездим на рейсовом автобусе. 3-5 часов в пути вместе с преодолением таможни. Такой маршрут выходного дня — когда заскучаешь или сыру сильно захочется… Нида:

Гданьск:

Вы, верно, ждете, резюме? Его не будет. Что до нас, то мы рискнули и выиграли по всем фронтам: экология и климат, эстетика и бытовая культура, будни и развлечения, перспектива. Но не все, мне известно, нашли здесь свою гавань. Уехали, разочарованные. Безработица, низкая зарплата, сырой климат, плохая вода из крана, некачественная провинциальная медицина…

2 комментария: Ну здравствуй, Кенигсберг!

  • Ираида говорит:

    Очень душевно и с ,,расстановкой,, написано. И радостно и грустно. И очень красивые фото. Прочитала с большим удовольствием. Маргарита,поздравляю. А знакомые,друзья там есть?

    • Маргарита говорит:

      Ираида, спасибо! Да никого, только несколько новых знакомых. То бытом занимались, то уезжали.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *